Современный Нюрнберг, как принято говорить, «прелестный среднеевропейский городок». С ярко выделенным средневековым ядром. Глядя на исторический центр, ни за что не скажешь, что все эти древние строения 80 лет назад представляли собой вульгарные руины. Самое странное, что восставший из пепла средневековый Нюрнберг, вместе с домами и соборами, восстановил и свою неповторимую тысячелетнюю ауру. Ту, которую никогда не ощутить в городах-декорациях.
По мостовой столетий
Старые города состоят из деталей. Каждый архитектурный завиток здесь имеет свой, исторический, а зачастую и сакральный смысл. В этом – коренное отличие от современного «зодчества», где декоровые ляпы утилитарны и чаще всего просто отвлекают от авторской несостоятельности. Потому старые города напоминают глубокомысленные и емкие фолианты, в которых можно найти элементы и авантюрного романа, и Священного Писания, и каббалы, и исторической хроники и еще Бог знает чего (новые города часто не дотягивают даже до комиксов).
Нюрнберг весь состоит из знаков. Углы домов охраняют скульптуры рыцарей в доспехах. С поверженными драконами под ногами. Иногда же рыцарей заменяет Богородица – чье заступничество было не таким воинственным, но зато постоянным и проверенным. Крылатые девы и двуглавые орлы над воротами замка Кайзербург – прерогатива имперская. Императоры Священной Римской империи, как и русские цари, тоже ведь претендовали на наследие Византии.
А вот что означает грифон, терзающий медведя на одном из городских домов? Ближайшие аналоги таких сцен – украшения и петроглифы скифо-саков из Великой Степи.
Самым, пожалуй, богатым на детали и знаки объектом Нюрнберга считается знаменитый храм Лоренцкирхе, весь фасад которого татуирован барельефами на приличные месту сюжеты. Это – своеобразное каменное писание.
Вот – Рождество с яслями, звездой, волхвами и счастливыми Родителями. А рядом – избиение младенцев и бегство Святого семейства в Египет от изверга Ирода. А вот – земной финал земной миссии Христа – Скорбная дорога с Крестом на плечах. И, наконец – Страшный суд, апофеоз учения, с праведниками, гордо и смиренно взирающими сверху, и грешниками, ошарашено и слепо выбирающимися из гробов.
Земная жизнь состоит из банальных сюжетов, повторяющихся из века в век. Но сколько же в них может содержаться смысла, если брать применительно к чему-то конкретному. Как вот тут. Чья это история запечатлена на фасаде Лоренцкирхе?
Старый Нюрнберг, тот, что за крепостной стеной, с замком над ним, кривыми мощеными улицами и покатыми черепичными крышами, – хотя и невелик, но бродить по нему можно долго, а постигать его – вечно. То, что все это совсем недавно (по меркам его истории) было разрушено и терпеливо восстанавливалось в течение 20 лет, как-то даже всерьез не воспринимается. Если бы я не видел своими глазами фотографии нюрнбергских руин – в это бы и не поверил.
Первый среди прочих?
Восстановить старый город во всех его деталях было для немцев не только делом чести, но и неким мистическим актом. Ведь Нюрнберг оставался для них одним из национальных символов задолго до явления безумного ефрейтора, превратившего это место в символ немецкого нацизма.
Появившаяся в центре Франконии тысячу лет назад крепость очень быстро стала городом, а со временем – даже самым большим среди всех тогдашних немецких городов. Через Нюрнберг шла бойкая торговля Севера с Югом и Запада с Востоком. Вольнолюбивое купечество определяло погоду в этом «имперском городе» не одно столетие. Но город не только торговал, но и производил, и изобретал.
Здесь были созданы первые в мире карманные часы и токарный станок, сделан первый кларнет и выдуман наперсток, построена первая карандашная фабрика и первая в Германии железная дорога, налажено серийное производство компасов и карт, изобретен и сооружен глобус (тот благословенный глобус, на котором не было Америки).
Город богател, и богатые должны были заботиться о том, чтобы держать марку. Потому сюда приглашали лучших архитекторов, мастеров, художников, учителей. Но и учились сами. В Нюрнберге появилась первая немецкая Академия и первая гимназия. Одно время ее возглавлял не кто-нибудь, а сам Гегель. Тут жил и творил Дюрер.
Понятно, что всего этого уже было бы достаточно для благоговейного отношения немцев к Нюрнбергу.
Но один из судьбоносных моментов в истории города пришелся на 1356 год. Когда сеймом Священной Римской империи тут была принята знаменитая «Золотая булла». Узаконившая избрание императора семью немецкими курфюрстами (это что-то вроде феодальных олигархов). Согласно закону, первые дни правления каждый новый император должен был проводить именно здесь – в Кайзербурге. Где хранились коронационные регалии и сокровища императорской короны.
Роковое решение
«Золотая булла» стала в чем-то роковой для истории Нюрнберга в ХХ веке. Потому что Гитлер, падкий на исторические аналогии и внимательно отслеживавший все моменты преемственности своего «третьего рейха» двум предшествующим – не мог не заметить имперского значения Нюрнберга. Потому – выбор этого города «партийной столицей» нацистов стал вовсе не случайным.
Агитационный плакат НСДАП
Надо признать, что нюрнбержцы без особых оговорок приняли Гитлера, симпатизируя ему еще тогда, когда он не был «фюрером нации». Впервые он привлек внимание горожан в сентябре 1923 года, когда устроил марш своих штурмовых отрядов СА во время празднования Дня Германии. И позже все съезды наци заканчивались шествием партийцев на Главную рыночную площадь города.
В 1933 году Гитлер объявил Нюрнберг, «город рейхстагов», – «городом проведения партийных съездов рейха» («Stadt der Reichtage» – «Stadt der Reihchsparteitage»). В 1938 году сюда были перевезены из Вены «имперские реликвии и регалии». Нюрнберг получил статус «самого немецкого из всех немецких городов». А «самой немецкой из всех немецких опер» были объявлены «Нюрнбергские майстерзингеры» Вагнера. Эта музыка постоянно звучала во время проведения партийных съездов национал-социалистов.
В1945 году авиация союзников сравняла «город рейхстагов и партийных съездов» с землей. Оставив целым лишь одно большое здание – Дворец Правосудия. Где, очень скоро, и начался величайший процесс ХХ века – Нюрнбергский.
Андрей Михайлов-Заилийский. Ориенталист, писатель, автор дилогии «К западу от Востока. К востоку от Запада» и географического романа «Казахстан»
Фото автора
