В СССР право на труд было закреплено Основным Законом. А право на отдых логично вытекало из права на труд. Так что, раз в год – кровь из носу – каждый член трудового коллектива устраивал неофициальную «отвальную» и отправлялся в очередной трудовой отпуск. На свои положенные 24 рабочих дня.
В ожидании лета
В отпуск мечтали уйти всенепременно летом. И дело тут было даже не в летних каникулах отпрысков. Каникулы у школьников и студентов все равно длились дольше даже самых длинных отпусков педагогов и военных. А дело было в особенностях географии и своеобразии политического устройства нашего тогдашнего мира.
Практически весь отдых ограничивался для советских граждан пределами той «одной шестой части суши», которая, несмотря на размеры, имела одно досадное ограничение – лежала в умеренном поясе, лишь черноморским краешком заползая в благодатные субтропики. Была, конечно, теоретическая возможность воспользоваться гостеприимством южных соседей по соцлагерю. Но таких, вразумительных, было только двое – Куба и Вьетнам. Но Куба была далеко, а во Вьетнаме про развитие пляжного отдыха тогда никто не задумывался – занимались сельским хозяйством, развивали промышленность и воевали с американцами.
Вот почему именно про лето думали даже самые одинокие и брутальные мужчины, аккуратно выплачивавшие свои пятипроцентные налоги «за бездетность». И хотя все традиционно стремились на Черное море, теплые летние месяцы в той или иной степени гарантировались всем жителям страны по месту постоянной прописки.
Ну, а радости отдыха неприхотливые граждане СССР сами умудрялись находить везде и всегда. Вот почему, чтобы спустя отпущенное время гордо явиться в родной коллектив с полноценным признаком удавшегося отпуска – шоколадным загаром, в отпуск нужно было всенепременно уйти именно летом.
Особенности национального отдохновения
Самым правильным и престижным вариантом отпуска считался отдых в санатории, или доме отдыха.
В СССР путевки в санатории и пансионаты распространялись централизованно и зачастую бесплатно (или практически бесплатно). Так что единственным мерилом для того, чтобы попасть в ряды счастливых обладателей возможности отдохнуть «как люди», являлись трудовые достижения, общественные заслуги и кадровые успехи соискателя. Что практически исключало вариант того, что рядом, на соседней койке (двухкоечные номера оставались стандартом СССР), окажется благоверная (и бдительная!) супруга (или наоборот). Более того, в престижные санатории и дома отдыха, отдельным предприятиям выделялись по квоте лишь единичные путевки, так что очутиться даже под пристрастным взором какого-никакого забубенного сослуживца – шансов также не было. А потому…
А потому можно было отдыхать на полную катушку, без оглядки! Игриво и весело! Что, собственно говоря, и имело место во всех домах отдыха и санаториях союзного, республиканского, ведомственного и районного подчинения.
На курортах не только завязывались долговспоминаемые «левые» связи, но и перетасовывались судьбы. «Любовь и голуби» – это вовсе не гротеск, как может показаться неискушенному. Скорее, констатация статуса-кво!
Однако неправ будет тот, кто попытается свести перечень курортных шалостей к малым и большим романам и драмам. Многие передовики, получавшие путевки в санатории (для поправки надорванного перевыполнениями планов здоровья!), с упоением восполняли отсутствие бдительного ока еще и упоительными возлияниями. Тем более что и в этом ценителям не грозило тут одиночество. Компания находилась всегда и не исчезала никогда!
В этом отношении куда более здоровая атмосфера бытовала в альпинистских и туристических лагерях, куда мечтали попасть (и попадали!) более юные жители СССР.
Как удовлетворить всех?
И хотя многие турбазы и санатории функционировали круглогодично, именно летом они предоставляли наибольшее качество полноценного отдыха. Вот тут и возникала проблема. Каким образом удовлетворить всех желающих?
Когда все всенепременно жаждали получить отдохновение в одно и то же время, у руководителей предприятий появлялись заботы как чисто этического, так и сугубо производственного характера. На заводах-фабриках существовал жесткий график. Если в этом году ты отдыхаешь летом, то в следующем… возможны варианты.
Для тех организаций, которые не были завязаны на жестком и непрерывном производственном цикле, вопрос полюбовного удовлетворения насущного желания сотрудников решался проще. Многие НИИ и проектные институты в июле-августе представляли собой сонные царства с одиноко слоняющимися по коридорам изгоями и обреченно жужжащими в пустоте мухами.
По поводу изгоев существовал такой анекдот:
– Петров, любишь потных женщин и теплое пиво?
– Б-р-р! Гадость какая!
– Отлично! Пойдешь в отпуск зимой.
Нет на свете лучше одежи!
Несколько слов по поводу «шоколадного загара».
В те былинные времена ни одна собака не изрекала, что в этом таится какой-то страшный вред здоровью. Напротив, бодрая триада санпросвета – «солнце, воздух и вода» – встречала советского гражданина тотчас по рождению. А непременным атрибутом любой, даже самой непритязательной колхозной здравницы являлась крылатая фраза поэта-бунтаря на самом видном месте: «Нет на свете лучше одежи, чем бронза мускулов и свежесть кожи!»
В отсутствие соцсетей и блогеров место приобретения хорошего загара не имело особого значения и не считалось тем архиважным аргументом, с помощью которого сегодня можно в одноразье изничтожить преждевременную радость других пользователей. Никто не чувствовал себя особо несчастным и неразрешимо ущербным, если был отмечен летним солнцем не на Черноморском побережье Абхазии или Куршской косе, а на собственной даче в 10 километрах от родного предприятия.
Именно на своих дачах загорало во время летних отпусков подавляющее число алмаатинцев оных времен. Ну, а тех, кого неодолимо влек к себе пляжный отдых, поджидала радость общения с разливающимся Капчагаем или плещущимся за ближайшими горами Иссык-Кулем. Впрочем, вполне полноценную радость отдохновения вполне доставляли и какие-нибудь Комсомольские озера, или запруда для технической воды ближайшего колхоза.
На Черное море наши земляки тоже попадали, хотя и не с таким настырным постоянством, как их нынешние потомки в ОАЭ, Турцию или Египет. Впрочем, эти особенности полноценного летнего отпуска вряд ли делали «отцов» какими-то системно-несчастными и непутево-неполноценными по отношению к «детям».
Андрей Михайлов-Заилийский. Ориенталист, писатель, автор дилогии «К западу от Востока. К востоку от Запада» и географического романа «Казахстан»
Фото автора и из архива автора
